Вокруг книги в Ужгороде.

[ya-rinka.livejournal.com]

Сначала боялась, что не удастся ничего наскрести. Креативность как-то в последнее время резко снизилась, да и весенний Ужгород сейчас не особенно располагает к чтению, скорее к ханами под зацветающими сакурами или бездумному (в мозгах у всех сейчас только одно, о чем уже просто нет сил думать) времяпрепровождению за чашечкой кофе на солнышке). Впрочем, может быть, я зря город виню, причина скорее всего во мне...
Но потом вспомнила о Швейке.

(Фигурка напоминает о двух мировых войнах, на перилах перед ней следы от Второй мировой войны. Впервые фотографируя эту фигурку в далеком 2018, я уж никак не предполагала, что снова увижу ее, когда оголтелые захватчики, как и во время ВМВ, снова будут утюжить мой родной город...)

Ну, а дальше, как всегда, понеслось.

Книга у здания ЗАГСа.



На заднем плане виднеется, собирающаяся зацветать сакура.

Граффити на стене одной из местных библиотек.





А здесь до недавнего времени (убрали недели две назад, когда мы уже здесь были) стоял памятник Пушкину.



Когда и зачем появилась надпись о Джо Дассене, я не знаю. Впервые я увидела этот памятник в том же 2018 году, и он был в полном порядке. Впрочем, оригинальная надпись все же просматривается. Надо только поближе подойти.


Когда мы подошли к пьедисталу, то у его подножия сидел молодой мужчина неславянской наружности. Увидев, что я фотографирую надпись на стелле он на хорошем русском языке с еле уловимым акцентом спросил: "И зачем его снесли? Это же поэт мирового масштаба...". "Я тоже так считаю" - ответила я - "но глядя во что сейчас превращается мой родной Харьков, мне сложно осуждать сносивших...". "Так Вы из Харькова! Сочувствую!". Вот такой разговор случился.

А это венгерский поэт славянского происхождения Шандор Петефи, один из руководителей освободительного восстания в Венгрии в 1848-1849 годах (тоже подавленного русскими войсками, прибывшими сюда по просьбе Габсбургов).



Этого поэта, надеюсь, все сами узнают. Здесь ему еще один памятник есть, на главной площади, но этот мне нравится больше.



Два святых с книгами над входом в Крестовоздвиженский собор — русинский (русины - еще один не очень многочисленный славянский народ) грекокатолический кафедральный собор.





Книга у памятника Марии Терезии в частном (!!!) одноименном общедоступном скверике возле собора. В ней рассказывается об истории этого места.



Будка буккроссинга на улице Волошина.



Это совсем другой Волошин, не Макс, но всякий раз, проходя по этой улице я вижу буйную шевелюру Макса и вспоминаю :

"В тех и в других война вдохнула
Гнев, жадность, мрачный хмель разгула,
А вслед героям и вождям
Крадется хищник стаей жадной..."
Впрочем, это все-таки совсем о другом...

Ну, и напоследок, просто рисунок на стекле. Памятников и поэтов с писателями здесь уже и так много было.