Оранжевая зелень там, где кончается Ингрия

[matholimp.livejournal.com]

Названный в честь апельсинов (и примкнувших к ним мандаринов) спектральный цвет обычно вызывает ассоциации с беззаботным весельем. Отчасти тому виной популярная в мои школьные годы песня про оранжевую зелень, а также ещё более ранняя песенка весёлого Чиполлино. Первым снимком я хочу показать противоположные контексты. Оранжевый огонь приятно греет, пока дверца камина плотно закрыта. Но выйдя из-под контроля, либо попав в злые руки, огонь несёт беду и смерть.
Есть несколько памятников детям, погибшим на пути в эвакуацию из тогда ещё не блокированного Ленинграда. Самая крупная трагедия произошла в Лычкове. Так как планы эвакуации составляли в расчёте на войну с финнами, то несколько эшелонов отправили на юго-запад, прямо под удар наступавшей фашистской авиации (а лётчики приняли их за эшелоны с направляющимися на фронт войсками).
Но гибли дети и на восточном направлении, где эвакуация продолжалась зимой в продолжение Дороги Жизни по ладожскому льду. Для многих смертельной оказалась неспособность остановиться, утоляя ненасытное чувство голода.
В Ленинградской области можно выделить несколько частей. Карельский перешеек находится севернее Невы. Ингрия — к югу от Невы и дальше на запад до Эстонии. А за рекой Лавой, где кончается Ингрия, простирается необъятный восток области. На самом дальнем востоке живут вепсы, а земли вдоль Волхова исторически принадлежали Великому Новгороду.

Символом рыжести (и хитрости) для русских стала лиса. Много раз я видел лис, но никогда не успевал их сфотографировать. А позавчера в этом не было смысла, так как увидел лису я из окна стремительной Ласточки ещё в черте Петербурга. В лабиринте железнодорожных путей вокруг станции Обухово есть недоступные для людей (и собак!) «островки», отчасти заросшие плотными кустами. Прекрасное убежище для крыс в перерывах между их набегами на человейники в поисках съедобного мусора. Прекрасное, но не идеальное: умная лиса нашла, где есть много еды для неё.
Эта досада (невозможность сфотографировать то, что отлично рассмотрели глаза) задала тон всей поездке в направлении Вологды. Особенно обидным оказалось посещение Столбова, где 407 лет назад толком ещё не закрепившиеся на троне Романовы подписали мирный договор со шведами. Оставшиеся от бывшей деревни пустоши плотно заросли борщевиками. В других местах тоже всё зелёное. Только в Усть-Шомушке встретился огромный оранжевый сарай с вывеской «Мотель—Магазин—Кафе».

А это недоразумение почему-то назвали «самым высоким водопадом Ленинградской области». Чего тут 5 метров? Полных только два, даже третий не набирается. Саблинский (малый) водопад явно выше. Пусть там давно уже не 7 метров, как писали старые путеводители, но три полных.
Зато хотя бы глина на склонах каньона здесь оранжевая. Значит, в тему!




Плиты по склонам каньона и на дне реки Лавы тоже оранжевые. Из-за чего местами оранжевой выглядит прозрачная вода.
На одну такую плиту, но чуть выше воды, у меня из-под ног упал коростель. Летать он не умеет, а убежать там уже некуда. Зато сверху всё хорошо видно.


Руины водяной мельницы на реке Лаве.


Колокольчики оранжевыми не бывают, но как можно пропустить такую красоту. На частном огороде было бы не диво, но эти выросли в диких дебрях на берегу реки Ковры. Туда я направился в поисках следов ещё одной старинной мельницы. Следы я нашёл, но фотографировать там нечего.


И модераторам на будущее. Такую тему лучше повторить в конце сентября, когда клёны парков Царского Села оденутся в золото и прочий багрец. За неимением клёнов на снимке то, что нашлось.